Судебный кейс: Необоснованный выбор арбитражем применимого права, как нарушение публичного порядка

Ключевой вывод по делу № 5-18их/2020/1201К:

необоснованный в арбитражном решении выбор права страны покупателя в качестве применимого права по договору купли-продажи нарушает принцип законности, что противоречит публичному порядку Республики Беларусь и влечет отказ в признании и приведении в исполнение арбитражного решения.

Фактические обстоятельства.

Продавец (юридическое лицо Республики Беларусь) и Покупатель (ИП Республики Казахстан) заключили договор поставки. В соответствии с п. 8.2 Договора все споры подлежат разрешению «…в Арбитражном суде по месту нахождения истца…».

Между сторонами возник спор по поводу отгрузки продукции, в связи, с чем Покупатель (истец) обратился в ТОО «Казахстанский международный арбитражный & третейский суд» с требованиями о взыскании предоплаты за недопоставленный товар, а также расходов, связанных с ненадлежащим исполнением договора поставки со стороны Продавца.

По результатам рассмотрения дела ТОО «Казахстанский международный арбитражный & третейский суд» (г. Петропавловск, Казахстан) в составе единоличного арбитра удовлетворил требования Покупателя. 

В связи с тем, что Продавец находится на территории Республики Беларусь, Покупатель обратился в экономический суд Минской области с заявлением о признании и приведении в исполнение указанного решения арбитражного суда на территории Республики Беларусь.

Суд первой инстанции отказал Покупателю на основании того, что арбитражное решение противоречит публичному порядку Республики Беларусь (подп. b ч. 2 ст. V Нью-Йоркской конвенции). Суд кассационной инстанции оставил определение суда первой инстанции без изменений.

Выводы суда

1. суд установил, что стороны в договоре поставки не согласовали применимое право. Исходя из ст. 1125 ГК Республики Беларусь и ст. 1113 ГК Республики Казахстан, суд указал, что подлежало применению право Республики Беларусь (право страны Продавца);
2. так как арбитражный суд без какого-либо обоснования руководствовался нормами ГК Республики Казахстан, он допустил нарушение одного из основополагающих принципов арбитражного разбирательства (принципа законности), повлекшее несоблюдение принципа верховенства права при рассмотрении спора;
3. суд пришел к выводу, что стороны в договоре не достигли однозначного соглашения о передаче возникшего спора на рассмотрение непосредственно ТОО «Казахстанский международный арбитражный & третейский суд», так как: Продавец не принимал участие в арбитражном разбирательстве и не выражал своего согласия на рассмотрение спора в этом суде (1); из открытых источников (сеть Интернет) следует, что в Республике Казахстан имеется 18 постоянно действующих арбитражей, 9 из которых в своем наименовании имеют указание на «арбитражный суд» (2).

Комментарии REVERA

1. Законодательство не предусматривает конкретный перечень принципов, относящихся к публичному порядку, однако на практике под этой категорией понимаются основы правопорядка, состоящие из основополагающих принципов международного права, норм Конституции Республики Беларусь, положений международных договоров Республики Беларусь и основных принципов отраслей права. Во многих странах есть руководящие принципы или разъяснения в отношении применения оговорки о публичном порядке, разработанные судебной практикой. Также Ассоциация международного права (International Law Association) в 2002 году разработала рекомендации по применению публичного порядка.

Особенностью публичного порядка является его «национальность», то есть при одних и тех же обстоятельствах в одной стране суд признает и приведет в исполнение арбитражное решение, а в другой стране – откажет в связи с противоречием публичному порядку. Наиболее яркий пример: в Российской Федерации не признаются арбитражные решения по делам, связанным с соблюдением односторонних санкций ЕС, Великобритании и США. Соответственно, в ЕС, Великобритании и США, наоборот, не признаются арбитражные решения, которые бы нарушали введенные односторонние санкции.

В рассматриваемой ситуации, так как арбитражный суд не руководствовался коллизионными нормами, как предписано ст. 1113 ГК Республики Казахстан, равно как и ст. 1125 ГК Республики Беларусь, и не применил право страны, где находится (имеет место деятельности) продавец (лат. – lex venditoris) – суд посчитал, что это нарушает принцип законности и принцип верховенства права (ст. 2 ГК Республики Беларусь), что противоречит публичному порядку.

В международном коммерческом арбитраже применимое право, в случае его несогласованности в договоре, может определяться как классически, то есть через коллизионную привязку (ст. 36 Закона Республики Беларусь «О международном арбитражном (третейском) суде», ст. 44 Закона Республики Казахстан «Об арбитраже», ст. VII Европейской конвенции о внешнеторговом арбитраже 1961 года), так и напрямую арбитрами, без использования коллизионных привязок (к примеру, ст. 27а Закон об арбитраже Королевства Швеция).

Законодательство как Республики Беларусь, так и Республики Казахстан, не содержит, так называемых «корректирующих оговорок», которые позволяют, к примеру, применить право страны покупателя, если из обстоятельств дела явно следует, что это право – наиболее тесно связанное с договором.

Исходя из буквального текста постановления, неприменение коллизионных привязок и необоснованное применение арбитражным судом права страны покупателя, вместо страны продавца – оценены судом, как нарушение принципов законности и верховенства права.

2. Интересный также вывод суда в отношении доброкачественности арбитражного соглашения. Суд, анализируя формулировку «…Арбитражный суд по месту нахождения истца…», исходил из арбитражных институтов в целом в Республике Казахстан, а не в конкретном регионе по месту нахождения истца. В результате суд установил, что, в Республике Казахстан существует еще 9 арбитражных институтов, которые в своем наименовании имеют указание на «арбитражный суд». 

При этом, суд, установив отсутствие однозначного соглашения о передаче возникшего спора на рассмотрение непосредственно ТОО «Казахстанский международный арбитражный & третейский суд», в качестве основания для отказа признании и приведении в исполнение арбитражного решения ограничился ссылкой на абз. 8 ч. 1 ст. 248 ХПК (публичный порядок). 

При этом суд не комментировал вопрос незаключенности или недействительности арбитражного соглашения, а также не руководствовался положениями Пленума ВХС Республики Беларусь от 31.10.2011 №21 «О некоторых вопросах рассмотрения хозяйственными судами Республики Беларусь дел с участием иностранных лиц».

Рекомендации REVERA

1. Крайне важно четко сформулировать в арбитражном соглашении наименование конкретного арбитражного института. Наиболее оптимально использовать типовое арбитражное соглашение, размещенное на официальном сайте арбитражного института. 
2. На примере данного постановления видно, что формулировка «по месту нахождения Истца» не позволяет однозначно определить конкретный арбитражный институт. В целом, не рекомендуется делать какую-либо вариативность в арбитражном соглашении и желательно четко указывать на конкретный арбитражный институт. Если стороны всё-таки хотят обеспечить возможность обращения в арбитражный суд в зависимости от места нахождения истца, тогда желательно, чтобы арбитражное соглашение указывало на конкретные институты, в которые будут обращаться стороны, к примеру: в случае возникновения спора, в котором истцом является продавец, он обращается с иском в МАС при БелТПП, если покупатель – МКАС при ТПП Украины.
3. Желательно также в договоре определять право, применимое к отношениям сторон. В противном случае создается неопределенность в правовом регулировании прав и обязанностей сторон.

Ссылка на дело: http://court.gov.by/ru/justice_rb/praktice/acts_vs/economics/e6a80e2faaa84dcb.html